Мастерство: бальные танцы

Вчера и позавчера меня занесло на мастер-классы по самбе и джайву, которые вела пара из Нижнего Новгорода. Впечатления смешанные: с одной стороны, эти двое непомерно круты и жгут просто не по-детски; с другой — уровень мастер-класса оказался слишком высок, и поэтому вложения денежные и временные не окупились в плане результата и чувства удовлетворения. Однако, несмотря на все неприятные ощущения по поводу собственной “неуспеваемости”, я смог получить глоток воздуха мастерства, и уже одно это стоит многого.

Должен сказать, что мне очень везет на встречи и работу с настоящими Мастерами. Надеюсь, что когда-нибудь и я стану Мастером с большой буквы.

Вот тот человек, который открыл мне, что такое Мастерство в какой бы то ни было сфере:

Его зовут Мартин Беркофски. Он американский пианист мирового уровня, у которого мне посчастливилось учиться (вот статья о нем в Википедии). Он работал со мной над вторым концертом Сен-Санса. Не могу сказать, что я был его лучшим учеником за жизнь, но он абсолютно точно показал мне путь в мир мастерства в чем угодно, от игры на фортепиано до устного перевода.

Вот те заповеди, которые ведут меня к профессиональному мастерству:

1. Мастерство предельно экономно. Мастер тратит ровно столько усилий, сколько нужно. Отсуда следствие: все что угодно в исполнении мастера кажется простым, потому что это естественно!

2. У мастера нет рутины, отработка одухотворяется целью. Именно поэтому мастер может тратить часы на технику и технологию — он получает удовольствие от процесса достижения совершенства.

3. И наконец главное для меня. Синоним мастерства — это контроль. Повторю еще раз, синоним мастерства — это КОНТРОЛЬ! У мастера ничего не идет самотеком, каждая, казалось бы, мелочь находится под тотальным контролем. Он точно знает, что должно происходить в каждый момент времени вокруг него, и даже если это что-то — хаос, то этот хаос вращается вокруг мастера.

Эти три момента и есть то, к чему я стремлюсь. Вне зависимости от того, что я делаю: веду занятие, перевожу, танцую, играю на фортепиано — я хочу, чтобы одно мое появление на сцене или в аудитории (та же сцена…) заставляло всех затаить дыхание и сидеть на краешке стула с раскрасневшимися щеками, чтобы когда я заканчиваю говорить или танцевать, люди как будто пробуждались от транса и недоумевали, как он сделал это с нами! Точно так же, как первый же такт Сен-Санса в исполнении Мартина вызывал у меня слезы…